Казахстан не может вернуть свои исторические ценности из других стран

27 серпня 2017

Казахстанские артефакты, вывезенные в разное время из страны, сегодня хранятся в лучших музеях мира. Попытки вернуть исторические реликвии предпринимались и раньше, однако проблема до сих пор стоит остро. Сегодня довольно сложно определить масштабы вывезенного, скорее всего, исчисление идет в тысячах предметов. Пока же ученые начали создавать виртуальный архив, открывающий доступ казахстанцам к некоторым культурным ценностям.

Процесс реституции (возврата) культурных ценностей – долгий и нелегкий. За всю нашу историю всего дважды, в 1989 году и в 2016 году, результат был достигнут – реликвии вернулись домой.

Первый беспрецедентный случай произошел перед развалом Союза, мавзолею Ходжа Ахмеда Ясави был возвращен тайказан – огромный ритуальный котел, отлитый в 1399 году из семи благородных металлов, весом в 2 тонны.

В 1935 году казан был увезен в Эрмитаж и экспонировался в разделе тюркской культуры. Реликвия была возвращена благодаря усилиям ученого Алькея Маргулана. Осенью прошлого года череп Нурмагамбета Кокембай­улы (Кейки батыра), лидера национально-освободительного движения, был передан Казахстану. Об этом договорились на самом высоком уровне – экс-премьер-министр РК Карим Масимов и премьер-министр РФ Дмитрий Медведев.

Останки прославленного батыра почти сто лет хранились в антропологической коллекции Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого (Кунсткамера).

На наш запрос в министерстве культуры и спорта РК рассказали о культурных ценностях, представляющих значимость для страны и нуждающихся в возврате: “…Большинство национальных культурных ценностей (этнографические, антропологические, археологические, изобразительные, нумизматические) находится в таких станах, как Россия, Китай, Монголия, Франция, Великобритания, Германия, Швейцария, Египет, Турция, Венгрия, Австрия, США, Индия. К примеру, в Лувре (Франция) и Эрмитаже (Россия) хранятся светильники мавзолея Ходжа Ахмеда Ясави, в музее истории Берна (Швейцария) – картина “Казахский воин”, в музее Салар Джунг (Индия) – письмо хана Абдирахима Тауекел хану, в музее Дрездена (Германия) – фрагмент купола мавзолея Айша Биби, в этнографическом музее Санкт-Петербурга (Россия) – зимний и летний чапаны отца Шокана Уалиханова и т. д. Необходимо отметить, что вышеназванный светильник мавзолея Ходжа Ахмеда Ясави в 1935 году был вывезен на выставку в Эрмитаж из Государственного историко-культурного музея-заповедника “Азрет-Султан”. Для решения вопроса возврата исторического светильника МИД РК в рамках своей компетенции был направлено письмо в посольство РК в Российской Федерации в целях проведения работ с соответствующими государственными органами. В настоящее время в данном направлении генеральное консульство РК в городе Санкт-Петербурге ведет работы с российской стороной. При этом решение данного вопроса является длительным процессом”.

Безусловно, к этому перечню стоит добавить череп хана Кенесары, поиски которого ведутся по сей день. А также каменную плиту с надписью Тамерлана о его походе 1391 года против Тохтамыша, найденную академиком Канышем Сатпаевым в 1935 году, коллекцию Чиликтинского клада из Восточного Казахстана, несколько сотен посткраниальных скелетов казахов и многое другое. Сейчас министерством культуры и спорта РК сформирован предварительный список культурных ценностей, находящихся за пределами Казахстана.

Музеи на связи

Мы решили узнать у самих музеев, какими казахстанскими артефактами они располагают, сколько у них таких единиц хранения и т. д. Были отправлены запросы в два десятка музеев – России, Великобритании, Германии и Китая. К сожалению, мы получили лишь несколько ответов.

Вот что нам ответил Музей Востока (Москва): “…Хотим сообщить, что в собрании Государственного музея Востока нет предметов, привезенных с территории современного Казахстана. Есть один предмет – традиционный головной убор “калпак” (изготовленный в нач. 2000-х г.), полученный в дар от бывшего главы Избиркома РФ г-на Чурова в конце прошлого года. Остальная часть казахской коллекции ГМВ была сформирована ранее и получена в результате поступлений из разных источников, в том числе и закупочных экспедиций в Казахскую ССР. К сожалению, наша казахская коллекция очень небольшая и у нас нет старых, интересных и тем более уникальных образцов”.

В Российском этнографическом музее (Санкт-Петербург) нам ответил специалист по казахским коллекциям: “…Полагаю, что тот объем сведений, который Вы хотели бы получить, очень значителен, тот уровень осознания коллекционного материала, который Вы запрашиваете, требует глубоких знаний…Информация о коллекциях не является полностью открытой, поэтому я Вам советую обратиться к директору РЭМ … и попросить разрешение на получение конкретного объема текста”.

Самым контактным и дружелюбным музеем оказался Музей антропологии и этнографии имени Петра Великого Российской Академии наук (Санкт-Петербург), откуда были получены подробные ответы на все наши вопросы: “История формирования собрания Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН по традиционной культуре казахов насчитывает уже более двух веков, – говорится в письме. – В настоящее время в фондах МАЭ РАН хранится около одной тысячи предметов по казахской культуре. Среди них вещи, характерные для скотоводческого образа жизни, средства передвижения, оружие, украшения, предметы и аксессуары традиционного костюма, уникальные образцы домашних ремесел и промыслов, юрты и их модели, предметы внутреннего интерьера, музыкальные инструменты.

Среди собирателей казахских коллекций МАЭ – выдающийся русский художник В. В. Верещагин, знаменитый путешественник и исследователь Центральной Азии Г. Е. Грум-Гржимайло, Чингиз Валиханов, отец казахского ученого-просветителя Чокана Валиханова, выдающийся востоковед-тюрколог Н. Ф. Катанов, первый российский генерал-губернатор Туркестана К. П. фон Кауфман, последний император России Николай II, директор МАЭ академик В. В. Радлов и многие другие.

Процесс формирования фонда не завершен, и в настоящее время в музей продолжают поступать уникальные образцы традиционной и современной культуры казахов”.

В Кунсткамере рассказали, что у них хранится мужской пояс из Тургайской области середины XVIII–XIX веков, который принадлежал брату Кенесары. На поясе есть имя его владельца – Кадырбай. При реставрации пояса под центральной бляхой сумки была обнаружена записка. Исследователи предположили, что это своего рода талисман-оберег, который должен был защищать владельца пояса от несчастий и бед.

В одном из лучших музеев мира – Британском (Лондон), на сайте которого мы обнаружили немалую казахскую коллекцию декоративно-прикладного искусства и монет, нам ответили, что “Британский музей стремится отобразить коллекции со всего мира. Он поддерживает постоянные экспозиции и специальные выставки, демонстрирует все свои коллекции онлайн на веб-сайте Британского музея и проводит активную политику сбора. Его коллекции из Центральной Азии являются преимущественно этнографическими. Из них около 70 предметов, таких как войлочные изделия, костюмы, сапоги, родом из Казахстана. В основном собранные в XIX – конце XX вв. Однако в нашей коллекции нет каких-либо древностей из этой страны”.

Кстати, в середине сентябре в Британском музее откроется выставка, посвященная скифам. Среди экспонатов выставки сокровища из скифских гробниц, найденных в Сибири и… Казахстане.

Британцам покажут ковры, наряды, украшения, золотые предметы и многое другое. Порядка 200 ценнейших экспонатов предоставил Британскому музею… кто бы вы думали? Эрмитаж!

Предположительно один из самых богатых музеев по количеству культурных ценностей, вывезенных из Казахстана.

Туркестанский тайказан – одна из двух исторических реликвий, вернувшихся домой

Туркестанский тайказан – одна из двух исторических реликвий, вернувшихся домой

Так сколько всего?

Недавно на центральноазиатской конференции кластерного бюро ЮНЕСКО в Алматы как раз поднимался вопрос реституции, и там же были озвучены любопытные цифры.

– Вопрос реституции для Казахстана весьма болезненный, и связан он по большей части с культурными ценностями, находящимися на территории России, – сказал во время своего выступления Дмитрий ВОЯКИН, кандидат исторических наук, эксперт ЮНЕСКО и генеральный секретарь Национального комитета Всемирного наследия РК. – И хотя казахстанскую землю не затронули грабежи фашистских захватчиков, в разные исторические периоды тысячи предметов, имеющих культурную и историческую ценность, были вывезены с нашей территории. Часть из них попала в Россию еще в досоветское время – например, в знаменитую Петровскую коллекцию. Среди них военные трофеи и подарки, полученные русскими офицерами от казахских султанов, артефакты древних курганов и другие ценности, разграбленные во время присоединения Казахстана к России.

Многочисленные памятники казахского прикладного искусства – юрты, национальные костюмы, ювелирные украшения из золота, серебра, камней – хранятся в музейных фондах Российской Федерации.

Сколько там всего? Сейчас сказать невозможно. Список вывезенных исторических предметов известного ученого-археолога Алькея Маргулана (состоит из 243 предметов) считается наиболее полным, однако вряд ли даже этот реестр может претендовать на полноту. Вот бумага, которую я получил недавно по официальному запросу, спасибо нашим дипломатам, нашему посольству, которые активно помогают археологам. В частности, привожу ответ от Государственного исторического музея (Москва): “Основную часть фонда составляет коллекция, полученная в результате раскопок О. Кривцовой-Граковой (Алексеевское поселение и могильник), которые она проводила как сотрудник музея с 30-х годов XX века, – свыше 5 000 единиц хранения. Далее экспедиция под руководством С. П. Толстова, 1949–1954 годы – основная часть коллекции представлена фрагментами керамики – более 15 000 единиц хранения. Часть собрания представлена материалами могильника Уйгарак – раскопки О. Вишневской, Южный Тагискен – М. Итиной, Алтын-Асар – Л. Левиной – около 1 300 единиц хранения”.

Что до археологии, казахстанских ученых всегда беспокоила и беспокоит судьба археологических коллекций, вывезенных из разных регионов республики в советское время в результате работы археологических экспедиций Академии наук СССР и осевших в хранилищах Москвы, Ленинграда, Омска и других городов. Неся в себе кроме культурной составляющей информацию, ценную для казахстанской археологической науки, эти коллекции на сегодняшний день остаются фактически недоступными для изучения… – заключил Дмитрий Воякин.

Закон и порядок

Вопросы реституции в случае вооруженных конфликтов регулируются Гаагской конвенцией по защите культурных ценностей 1954 года и двумя протоколами к ней. В мирное время возврат похищенных, незаконно вывезенных культурных ценностей регламентируется конвенцией ЮНЕСКО 1970 года о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности, а также конвенцией УНИДРУА 1995 года. Однако случай Казахстана, как и всех бывших стран Союза, уникален и выходит за рамки ситуаций, описанных в конвенциях. Так как во время перемещения культурных ценностей это было законно, ведь существовало единое государственное пространство – СССР. Теперь возвращение их в страну происхождения, по словам Воякина, будет скорее являться актом доброй воли, чем обязанностью, или одновременно и тем и другим.

В феврале 1992 года в Минске государства – участники СНГ приняли соглашение о возвращении культурных и исторических ценностей государствам их происхождения.

Однако через несколько дней после подписания его действие было приостановлено в одностороннем порядке Россией на ее территории. 15 мая 1992 года в Ташкенте государствами – членами СНГ было подписано новое соглашение по сотрудничеству в области культуры, в котором присутствовали положения по реституции. В статье 3 закреплена норма, гарантирующая доступность всех культурных ценностей сторон соглашения в равной степени и на тех же условиях, как и для своих граждан, а также норма, обеспечивающая получение информации об историко-культурных ценностях народов, хранящихся в госсобраниях, коллекциях и фондах других государств – участников Содружества, и возможность их использования. 

Также была признана необходимость создания межгосударственной экспертной комиссии стран СНГ для рассмотрения вопросов и подготовки рекомендаций по реституции культурно-художественных ценностей, но комиссия по сей день не создана.

Вопросы ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности в Республике Казахстан находятся в компетенции министерства культуры и спорта (в части культуры), внутренних дел (в части привлечения к ответственности за незаконный вывоз), иностранных дел (в части введения переговоров с иностранными государствами и международными организациями), таможенных органов (в части контроля за порядком ввоза и вывоза культурных ценностей, таможенных сборов), управлений культуры областей (в части деятельности экспертных комиссий).

Мавзолей Айша Биби после реставрации. Известно, что фрагмент его купола находится в музее г. Дрездена

Мавзолей Айша Биби после реставрации. Известно, что фрагмент его купола находится в музее г. Дрездена

Есть ли выход?

Казахстанские ученые нашли выход из сложившейся ситуации благодаря новым технологиям. Это новая форма возвращения культурных ценностей, к реализации которой они уже приступили. Речь о создании виртуального архива вывезенных в Российскую Федерацию археологических материалов с помощью 3D-моделирования. С результатами их работы можно познакомиться на онлайн-ресурсе sketchfab.com.

– Мы сконцентрировались на Хорезмской экспедиции, на том, что было вывезено экспедицией Сергея Толстова. Нами составлен список работ, посвященных Приаралью и Южному Казахстану, создана база данных Жетыасарского оазиса и др., – продолжает Дмитрий Воякин.

Безусловно, цифровые копии частично решают проблему и знакомят с уникальными подлинниками, которые долгое время были неизвестны. Даже если возвращение культурных ценностей на данном этапе невозможно, специалисты уверены, необходимо как минимум открыть доступ к этим предметам. Ведь многие коллекции продолжают оставаться недосягаемыми даже для исследований.

А как там у соседей?

Проблема возвращения культурных ценностей в равной степени актуальна и болезненна для наших центральноазиатских соседей.

Этим летом было объявлено о создании специального центра по изучению хранящихся за рубежом и относящихся к Узбекистану культурных ценностей при кабинете министров РУ, который займется возвращением культурных ценностей в страну. Ранее в Узбекистане было выпущено многотомное издание, которое рассказывает о культурном наследии узбеков, хранящемся в музеях по всему миру.

– У нас из Кыргызстана в годы Союза было много что вывезено, это все хранится в фондах российских музеев, – говорит Тамара ОБОЗОВА из министерства культуры, информации и туризма КР. – Механизмы возврата мы прорабатывали на уровне министерства, и, знаете, никак не идет это дело, застопорилось с российской стороны. Мы пытались вернуть 120 экспонатов из Эрмитажа, пока, к сожалению, безрезультатно. Одним из самых значимых экспонатов, вывезенных из Кыргызстана, считается глиняный Будда, которого нашли при раскопках.

Другие мнения

Несмотря на очевидность того, что нужно добиваться возвращения культурных ценностей, есть мнения, что, может быть, оставить все как есть? В первую очередь в интересах сохранности самих артефактов. Мол, неизвестно, смогут ли отечественные музеи обеспечить надлежащие условия хранения, чтобы артефакт мог продолжить свою жизнь. В министерстве культуры РК нас заверили, что подобные беспокойства напрасны и “для соответствующего хранения музейных предметов в республиканских музеях имеются все необходимые условия”.

Другой момент. В свое время укрепление казахстанских музеев происходило за счет экспонатов, чьей страной происхождения завтра определят Россию. То есть может возникнуть ситуация, в которой не только мы настаиваем вернуть наши ценности, но и нас могут попросить вернуть культурные ценности, которые хранятся в казахстанских музеях.

И наконец третье: некоторые полагают, что обмен культурными ценностями между разными государствами – процесс позитивный для имиджа страны. Почему бы не познакомить с нашим национальным искусством другие народы? Чтобы посетители видели и знали исконно казахские предметы. Например, зачем возвращать из зарубежных музеев образцы такого этнографического экспоната, как мужской пояс, если у нас их в достатке?

Списки Маргулана

Самый полный список казахских культурно-исторических ценностей в свое время был составлен основоположником казахстанской школы археологии и этнографии Алькеем МАРГУЛАНОМ. На сегодняшний день, по существу, он – единственный.

Мы встретились с дочерью ученого Данель Алькеевной Маргулан, хранительницей его архива, чтобы подробнее узнать о списках предметов казахского народного прикладного искусства.

– Алькей Маргулан после окончания Семипалатинского педагогического техникума в 1925 г. поступил на Восточный факультет ЛГУ, где слушал лекции великих русских востоковедов академиков В. В. Бартольда, С. Ф. Ольденбурга, И. Ю. Крачковского, Н. Я. Марра, А. Н. Самойловича и др. Отец об этом рассказывал с удовольствием. Успешно осваивая ориенталистику, он увлекается сбором архивных материалов по истории и культуре казахского народа.

У отца была такая черта характера – если он что-то начинал, то непременно доводил до завершения. Он много работал в ленинградских архивах, в фондах музеев и библиотек, позднее, бывая в Москве, он работал в московских архивах, изучал фонды.

Я была свидетелем того, как он работал в Ленинграде. В 1964 г. папа мне говорит: “Данель, я еду в Ленинград и хочу, чтобы ты поехала со мной, я покажу тебе город моей молодости”. Мы остановились в Доме ученых на ул. Халтурина, папа рано вставал, завтракал и уже в 8 часов уходил, возвращался поздно вечером около 12 часов, совершенно уставший. И так было на протяжении нашего пребывания в Ленинграде. На мой вопрос: “Папа, что ты делал весь день?” – он отвечал: “Работал в архиве”. Метод работы Маргулана был из трех составляющих: работа в экспедиции, сбор полевого материала и его анализ, работа в архивах и работа с источниками. Известны воспоминания его коллег – известных ученых: “В какой архив ни придешь – там уже побывал Маргулан!”.

В 1931 г. он поступает в аспирантуру Государственной академии истории материальной культуры в Ленинграде и продолжает сбор материалов по истории культуры казахского народа.

В 1938 г. в связи с открытием Казахского филиала АН СССР его приглашают на работу в сектор истории. Начиная с 1938 г. А. Х. Маргулан работал в Казахском филиале АН СССР, а с 1946 г. до 1985 г. – в АН КазССР.

Объекты, хранящиеся в фондах музеев, – это предметы убранства юрты, тканые безворсовые и ворсовые ковры, тускиизы, текеметы, сырмаки, домашняя утварь, народные костюмы, убранство коня, изделия народных мастеров из дерева, кости, металла, кожи, подарки казахских ханов царю: повозки, лучшие образцы одежды – чапаны, женские головные уборы – саукеле, украшения.

Источники пополнения фондов музеев – это вклад исследователей, путешественников, собирателей-любителей.

В архиве ученого хранятся списки предметов казахского прикладного искусства из музеев Москвы (Исторический музей), Ленинграда (Эрмитаж, Русский музей, Музей антропологии и этнографии АН СССР, Музей этнографии народов СССР), Омска, Алматы (Центральный государственный музей РК, Государственный музей искусств Казахстана им. А. Кастеева), областных краеведческих музеев Казахстана. Поражает объем кропотливой работы, проделанной ученым. Многие предметы были сфотографированы и описаны им. Некоторые из этих фотографий не подписаны, поскольку все это он делал сам и, по-видимому, от монотонной работы уставал. А помощников в такой работе у него, к сожалению, не было. Отсутствие таких подписей на некоторых фотографиях представляет собой особую проблему.

Джерело

ISSN 2519-4755 (електронний журнал)

© 2015-2016 Асоціація Європейських журналістів (АЄЖ-Україна)
© 2015-2016 Забута спадщина