Николай Никандров: Во время войны нацисты ограбили половину советских музеев

18 грудня 2015

О культурных жертвах войны рассказал старший научный сотрудник музея Современной истории России Николай Никандров.

Сегодня есть точные сведения лишь по коллекциям 25 музеев, утративших более миллиона ценностей. И не удивительно: до 1991 года их никто особо и не искал.

МЕШОК ПШЕНА ЗА БЕСЦЕННУЮ КОЛЛЕКЦИЮ

– Николай Иванович, есть ли точные данные о том, сколько музеев пострадали или были уничтожены в годы войны?

– До войны в СССР было 992 музея. Половина из них - 427, оказавшиеся на оккупированной нацистами территории, серьезно пострадали, были разграблены, а некоторые оказались полностью разрушены. Точных цифр культурных потерь до сих пор нет. Дело в том, что государство после войны подсчетами утрат целенаправленно не занималось. В Министерстве культуры СССР не знали даже, сколько похищенных культурных ценностей нашли на территории поверженной Германии.

С 90-х годов мне пришлось заниматься организацией работы по изданию Сводного каталога утраченных ценностей. Ныне в 50 книгах каталога опубликованы сведения о потерях 25 музеев. Мы насчитали 1 миллион 400 тыс. не найденных ценностей. Пока, например, не известна судьба 145 картин из передвижной выставки Русского музея «Основные этапы развития русской живописи». В 1940-м выставка была организована в Крыму, где ее и застал июнь 1941 года. В 1942-м картины пытались эвакуировать, но немцы уже прорвались на полуостров. Человек, сопровождавший экспозицию, увидев на улицах Ялты немецких мотоциклистов, испугался и убежал. Фашисты даже не могли поверить, что такое можно было бросить! Все эти бесценные картины были немедленно вывезены на территорию Третьего рейха.

– Удивительный случай! А среди музейных работников было много предателей?

– Все было: и подлость, и героизм. Директор Симферопольского музея тайком перетаскивал некоторые полотна выставки Русского музея, захваченные немцами, и прятал у себя дома. В 1942 году директора (* Від Ред. - Базилевич Василь Митрофанович (31 грудня 1892 / 12 січня 1893, Київ – грудень 1942, Таганрог) – історик, літературознавець. Закінчив І київську гімназію (1910) та іст.-філол. факультет Університету Св.Володимира (1915), де навчався у М.В.Довнар-Запольського. 1919 разом з С.І.Масловим створив при іст.-філол. факультеті Музей війни і революції (фонди перейшли до Істпарту). Викладав у київ. Археологічному ін-ті (курси генеалогії, геральдики та сфрагістики, 1918-23; опубліковано „Из лекций по геральдике. К., 1923”), на Всеукр. музейних курсах (курси палеографії, епіграфіки, хронології, сфрагістики, геральдики й нумізматики, 1933-34). Секретар Іст. т-ва Нестора-літописця (після С.І.Маслова) та київської краєвої комісії з охорони пам’яток старовини Наркомосу. Під керівництвом Д.Багалія працював у ВУАН над історією декабристів в Україні, узяв участь у збірниках “Декабристи на Україні” (кн. І-ІІ. 1926-30) та “Рух декабристів” (1926). Лишив праці з різних питань києвознавства, про Пушкіна, Грибоєдова, Гете. Працював у Комісії соціально-економічної історії України та Комісії Біографічного словника ВУАН. Виявив документи про перебування в Україні Бальзака (Життя й революція. 1933. № 1). Опублікував мемуари Й.Руліковського (Воспоминания и рассказы деятелей тайных обществ 1820-х годов. Т. 2. М., 1933). Зібрав бібліографічні матеріали про зв’язки Гоголя з укр. літературою, що лягли в основу публікації Л.М.Добровольського та В.М.Лаврова (Н.В.Гоголь. Материалы и исследования. Т. 1. М.; Л., 1936). Узяв участь у підготовці багатотомної збірки праць Д.Багалія. По лінії київського Дому вчених як член його екскурсійної комісії керував численними екскурсіями до Межигір’я, Кирилівської церкви, на Звіринець, Поділ, для огляду фресок Софійського собору. Ідеаліст, глибоко віруюча людина, вирізнявся на тлі тодішньої дійсності. Зазнав кілька арештів – 1923 (у зв’язку з процесом “Центру дій”, двічі), 1932, 1935 (засланий до Іркутського концтабору). Під час арешту 1935 було вилучено його коштовну бібліотеку (він нагромадив зокрема велику збірку київських газет 1917-22) й книжку протоколів Іст. т-ва Нестора-літописця за останні 14 років його існування. Був засланий до Біробіджанської республіки (звільнений 1940). У зв’язку з забороною повернутись до Києва оселився у Таганрозі, де одержав посаду завідувача музею. Встиг опублікувати кілька праць з місцевого краєзнавства. Після доносу розстріляний гестапо за спробу перешкодити вивезенню музейних коштовностей до Німеччини.) Таганрогского музея гестаповцы расстреляли за то, что он прятал у себя некоторые вещи из местного музея.

Но бывало, что люди, не имеющие отношения к музеям, продавали культуру немцам. В Крыму некий профессор получил от высокого чина СС мешок пшена за музейную коллекцию гемм (обработанных кусков янтаря с вырезанными изображениями. - Ред.). В Михайловском фашисты стояли больше года и даже проводили экскурсии по пушкинским местам для своих солдат. А заведовать хозяйством назначили лесовода Кузьму Афанасьева. Доверчивые местные жители стали передавать комендатуре спрятанные в тайниках экспонаты. Когда немцы стали отступать, почти все артефакты вывезли. Кстати, лесовод успел составить для оккупантов опись ценностей. Она попала в распоряжение наших войск. До сих пор это единственный исторический документ о потерях Михайловского. Афанасьев, пытавшийся бежать в Германию, был схвачен и отсидел 15 лет за пособничество нацистам.

– Что из наших культурных ценностей больше всего привлекало немецких мародеров?

– Для них главным было вывезти все, что принадлежит «германскому гению». Янтарная комната подарена прусским королем – возвратить ее в Кенигсберг. Статуя Нептуна куплена Павлом Первым в Нюрнберге – вывезти, ее место на площади Дома партийных съездов...

Интересовали фашистов наши археологические материалы. Им, например, важно было собрать доказательства исторического присутствия готов в Крыму. Поэтому немцы вывезли в рейх бригаду пленных украинских историков, которые занимались этими исследованиями. Зато безжалостно уничтожалась «жидо-большевистская» культура, приравненная к дегенеративной.

МОЗАИКА ИЗ ЯНТАРНОЙ КОМНАТЫ И КОЛОКОЛ ИЗ СТАРОЙ РУССЫ

– Что тормозит поиск украденных ценностей?

– Причины надо искать еще в довоенном времени. Тогда далеко не все экспонаты музеев фотографировались, а словесное описание – вещь ненадежная. В 1941-м многие музеи (за исключением пригородных дворцов Ленинграда) оказались совершенно не готовы к эвакуации: экспонаты вывозились как придется, часть из них была утеряна.

Некоторые экспонаты после хаоса войны потом нашлись в музеях дружественных нам соцстран. Удивительно, но СССР не предъявлял тогда требований об их возвращении. Да и специалистов, которые бы занимались потерянными шедеврами, просто не было.

Сейчас ситуация, хоть и медленно, начинает меняться. Удалось обнаружить в Польше и вернуть в Гатчину акварель ХVIII в., в Чехии – картину Крамского из Русского музея. Но наши архивы дают мало информации, они плохо структурированы, зато помогают немецкие архивы штаба Альфреда Розенберга (уполномоченного фюрера по контролю за общим духовным и мировоззренческим воспитанием НСДАП. - Ред.), который занимался «чисткой» наших музеев.

– Какие ещё культурные ценности возвратились на родину?

- В 1947 г. из американской зоны оккупации Германии в музей Керчи прибыло 40 ящиков «конфискованных» гитлеровцами археологических находок. Но вернулось далеко не самое ценное. На дне одного из ящиков обнаружили записку о том, что в замке Хохштадт, куда немцы отвезли награбленное, 17 апреля 1945 года побывали американцы и самое ценное увезли. А то, что в ящиках – это почти мусор. Послание написал один из 11 украинских ученых во главе с Петром Куринным, которых немцы вывезли в Германию. Все они потом уехали в Америку.

В 1980-м в Бремене случайно нашлась Флорентийская мозаика из Янтарной комнаты. Ее пытался «толкнуть» на черном рынке за 2 млн. долларов некий Ахтерман. Делом заинтересовалась гамбургская полиция, которая отслеживала подобные сделки. Оказалось, что Ахтерману реликвию оставил папа, немецкий солдат, который взял ее себе в качестве сувенира и повесил у себя в спальне. Отец скончался, а сынишка решил сувенир из императорского дворца продать. В итоге реликвию за символическую плату купило правительство Бремена и вернуло в Екатерининский дворец. Но к тому времени Янтарную комнату уже восстановили. Подлинная флорентийская мозаика туда уже не вписывалась, поэтому сейчас она находится в запасниках.

В 2005 году в Павловск была возвращена бронзовая скульптура «Летящий Меркурий», вывезенная немцами на территорию Австрии. В 2012-м в Тверской музей вернулись из Германии 825 археологических артефактов, отправленных немецким офицером семье в посылках. Этот офицер, кстати, был убит под Ржевом.

– Советские солдаты помогли сохранить многие культурные памятники Европы (вспомним хотя бы Краков!). Помогали ли они работникам музеев?

– Таких случаев было очень много. В начале войны директор Смоленского музея Евдокия Буркина должна была за одну ночь загрузить два вагона экспонатами. От музея до платформы она возила ценности на лошади. Во время одной из ездок неподалеку разорвался снаряд. Лошадь понесла, на землю высыпались из мешка древние монеты. На счастье Буркиной недалеко проходила рота солдат, и командир приказал им найти и собрать все монеты. В итоге ни одна не потерялась.

Интересен относительно недавний случай, когда отыскать отечественную реликвию помог ветеран войны. Он ко Дню Победы достал старую военную гимнастерку и в кармане обнаружил сложенную для махорочных закруток газету, издававшуюся немцами на русском языке. И заинтересовался одной заметкой об отправке старинного колокола из звонницы в Старой Руссе в один из германских городов. Обратился в музей, в Германию направили запрос. И вскоре колокол обнаружили и возвратили в Старую Руссу из многолетнего плена.

http://www.kp.ru/daily/26359.4/3240960/